ОТ «ШАРЛАТАНИЗАЦИИ» – К СЕРТИФИКАЦИИ

18 декабря на круглом столе в Совете Федерации обсудили проект закона «О судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»

Круглый стол «Совершенствование механизма судебно-экспертной деятельности на современном этапе» был организован Комитетом по конституционному законодательству, правовым и судебным вопросам, развитию гражданского общества. Госдума 20 ноября приняла законопроект в первом чтении, но это не повлияло на полемику, которая продолжается с тех пор, как проект вынесен на обсуждение.

Законопроект разработан Минюстом России с участием МВД, ФСБ, Следственного комитета РФ, Генеральной прокуратуры РФ, ВАС РФ, Минобрнауки, МЧС, Федеральной таможенной службы, Минздрава, Минфина, Федеральной палаты адвокатов РФ, судебно-экспертных организаций. По словам Константина Добрынина, заместителя председателя Комитета, организовавшего круглый стол, задача законопроекта – не зарегулировать, а упорядочить сферу судебно-экспертной деятельности.

Рассмотреть замечания и предложения к этому документу были приглашены члены Совета Федерации, представители Государственной Думы, Министерства юстиции РФ, Министерства здравоохранения РФ, Верховного Суда РФ, Федеральной палаты адвокатов РФ, Генеральной прокуратуры РФ, Следственного комитета РФ, Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков, Уполномоченного по правам человека в РФ, адвокатских образований и юридических фирм, научного сообщества, а также государственных и негосударственных экспертных организаций.

Цель – единая система
Неудивительно, что многие поправки к законопроекту, которые были предложены на круглом столе, оказались взаимоисключающими: представители государственных структур и негосударственных экспертных организаций по-разному подходят к регулированию сферы судебно-экспертной деятельности.

Первые практически безоговорочно поддерживают законопроект, вторые видят в нем попытку «огосударствления» судебно-экспертной деятельности и «удушения» свободной конкуренции на рынке экспертных услуг. При этом жажда свободы от государственного контроля у некоторых сочетается со стремлением замаскироваться под государственные учреждения, скрыв от потенциальных клиентов буквы «ООО» в названии организации.

Но из выступлений представителей Минюста России – заместителя министра юстиции РФ Елены Борисенко и директора Российского федерального центра судебной экспертизы при Минюсте России Светланы Смирновой следует, что концепция законопроекта проработана тщательно, после многих консультаций, в том числе с представителями экспертного сообщества, и меняться вряд ли будет.

Как подчеркнула Елена Борисенко, выбор концепции продиктован тем, что должен произойти плавный переход к единой системе государственных и негосударственных экспертных организаций. Деятельность государственных и негосударственных судебных экспертов должна осуществляться по одним правилам, хотя и в отсутствие государственной монополии в этой сфере.

Однако в противоречие с целью создать единую систему экспертных организаций входит тот факт, что положения законопроекта не распространяются на производство отдельных видов экспертиз, в частности на судебно-медицинскую и судебно-психиатрическую экспертизы. Предусматривается, что они будут регулироваться законом, который действует в настоящее время. Многие представители экспертных организаций считают это существенным недостатком проекта, так как неизбежны различия в правовом статусе экспертов.

Истоки «шарлатанизации»
Для адвокатского сообщества законопроект представляет интерес не только потому, что адвокаты в своей практике постоянно сталкиваются с проблемами судебно-экспертной деятельности. Он является попыткой полностью урегулировать сферу, которая в настоящее время, так же как сфера оказания юридической помощи, урегулирована лишь частично.

Федеральный закон от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» открыл возможность привлечения к судебно-экспертной деятельности лиц, не являющихся государственными экспертами, но не регламентировал их работу.

Статья 41 Закона предъявляет к негосударственным экспертам единственное требование – владение специальными познаниями, но общих критериев владения этими познаниями не предусматривает. Не установлены ни квалификационные и профессиональные требования к негосударственным экспертам, ни правила организации и методического обеспечения проводимых ими экспертиз.

Отсутствие контроля за деятельностью негосударственных экспертов привело, по выражению одной из участниц круглого стола, к «шаманизации» и «шарлатанизации» этой деятельности: проведению экспертиз специалистами, не имеющими необходимого образования; использованию сомнительных методик, не прошедших апробации; значительному количеству «заказных» экспертных заключений, которые наносят ущерб интересам правосудия; появлению экспертных фирм-однодневок; растущему числу повторных экспертиз, назначаемых в связи с признанием экспертных заключений недостоверными. Светлана Смирнова, например, привела данные о том, что если в 2007 г. были признаны недостоверными 57% выводов экспертных заключений, присланных в Российский федеральный центр судебной экспертизы, то в 2012 г. – уже 80%.

Гарантии качества работы эксперта призван обеспечивать сертификат: государственные эксперты проходят сертификацию в Российском федеральном центре, негосударственные могут пройти добровольную сертификацию в организациях, создаваемых ими на принципах саморегулирования. Сейчас существует 10 центров добровольной сертификации, но из-за перечисленных выше проблем доверие к негосударственным экспертным учреждениям невысоко как со стороны экспертного сообщества, так и со стороны тех, кто назначает экспертизу.

Концептуальные моменты
Как сообщили представители Минюста, законопроект подготовлен с целью обеспечить добросовестную конкуренцию на рынке экспертных услуг, реальную состязательность судопроизводства, соответствие экспертной деятельности единым профессиональным и этическим требованиям, высокое качество экспертных заключений. Для того чтобы достичь этих целей, предложены механизмы открытого и прозрачного подтверждения профессиональной квалификации экспертов и обеспечения реальной независимости экспертов от участников процесса.

Механизмы такие: единая система сертификации, порядок которой устанавливается Правительством РФ (при этом сохраняется возможность проведения экспертизы лицом, не прошедшим сертификацию); ведение единого государственного реестра государственных и негосударственных судебных экспертов; обеспечение соответствия применяемых методик современному уровню развития науки и техники; программы профессионального обучения и дополнительного профессионального образования.

При этом особо подчеркиваются следующие концептуальные моменты: экспертные организации могут быть только некоммерческими; для государственных экспертов прохождение сертификации обязательное, для негосударственных – добровольное (хотя это необходимое условие для включения в государственный реестр судебных экспертов); обязательная сертификация применяемых экспертами методик (в соответствии с требованиями модельного закона ЕврАзЭС и положениями международных актов); полная определенность терминологического аппарата.

В ответ на предложение предусмотреть возможность создания коммерческих организаций судебных экспертов Елена Борисенко провела параллель между судебно-экспертной и адвокатской деятельностью: ни та ни другая по своей сути не может быть направлена на извлечение прибыли.

Эту тему затронул и представлявший Федеральную палату адвокатов РФ первый вице-президент ФПА РФ Юрий Пилипенко, заметив, что, хотя иногда и звучат предложения отнести адвокатскую деятельность к коммерческой, адвокатское сообщество не считает отсутствие коммерческих начал помехой в работе. Судебные эксперты, как и адвокаты, смогут найти возможность работать в некоммерческих организациях и не ставить перед собой цели извлечения прибыли. Это по определению не может быть целью деятельности, обеспечивающей интересы правосудия.

Но заключение эксперта – только одно из доказательств, которые принимает к рассмотрению суд. Если результаты экспертизы суд не устраивают, то зачастую они отвергаются, назначается новая экспертиза, и так происходит до тех пор, пока эксперты не придут к выводам, которых от них ожидают. Это проявление обвинительного уклона, свойственного отечественному правосудию. С принятием нового закона, который упорядочит деятельность судебных экспертов, возможности для подобного манипулирования сократятся.

Мария ПЕТЕЛИНА,
зам. главного редактора «АГ»
Tagged , , .