«На ножах»

Мария (имя изменено) родилась и училась в Воронеже. У женщины двое детей от первого брака. В 2004 году она снова вышла замуж.

— Характер у Александра был непростой. Это понятно – у него было тяжелое детство. Александр был нежеланным ребенком в семье. Хотя его отец не разрешил его матери сделать аборт, сына он не жаловал – называл шакалом, Гитлером. Впервые отец назвал Александра по имени только тогда, когда он вернулся из армии. Старший брат Александра Антон (имя изменено) был окружен заботой и вниманием, а Саша вырос на улице при живых родителях, — вспоминает Мария.

В 2015 году Мария и Александр переехали в деревню. Жить было тяжело, у Александра не было постоянной работы, он перебивался случайными заработками – был сантехником, а потом, скотником на ферме, валил лес. Семье помогал его старший брат, однако большую часть денег от брата Александр тратил на выпивку.

В 2016 году у Марии случился инсульт, и Александр стал еще более раздраженным и злым, начались запои, он устраивал скандалы. Так, однажды он выгнал старшую дочь Марии, которая переехала к ней из Москвы, чтобы помочь восстановиться после инсульта. Якобы, дочь плохо ухаживала за матерью и приносила мало денег, поэтому ей в доме делать было нечего. В другой раз он избил Марию, угрожал ее зарезать. После этого она на две недели уехала жить к дочери. А потом у Александра появилась другая женщина.

— Его новая спутница, – рассказывает Мария, – не пыталась бороться с алкоголизмом Саши. Даже наоборот – все эти запои оплачивала она, отдавала долги за него в магазин, где он брал спиртное под запись. Однажды эта женщина пришла к нам домой, сказала, что его [Александра] любит, и предложила жить втроем. Я категорически отказалась и сказала, чтобы убирались оба и решали свои проблемы сами. Они посоветовались и решили съехаться и жить вместе. Я не препятствовала, мне было уже все равно. Только на утро муж позвонил ей и сказал, что передумал уходить.

Александр начал упрекать Марию в том, что в его трудностях виновата именно она. Они стали ругаться еще чаше, Мария порывалась уйти, но после слезных обещаний Александра бросить пить, она мужа прощала.

Тем же летом к Марии из Москвы переехал ее младший сын Максим (имя изменено). Постоянной работы в Москве у Максима не было, так что он решил переехать к матери в деревню – помогать по хозяйству, а заодно устроиться на работу.

— Максим человек неконфликтный, мирный, а когда приехал к нам, стал особенно чутким и добрым, помогал мне, — вспоминает Мария. — После приезда Максима Саша перестал пить и нашел работу: вместе с сыном он устроился валить лес. Первые несколько месяцев они уживались хорошо. А потом они, видимо, сильно поругались.

13 октября Александр и Максим вернулись с работы раньше обычного. На расспросы матери Максим ответил: «Достал жаловаться».

За обедом Александр и Максим начали ссориться, порывались драться. В тот день у них в гостях был старший брат Александра, он несколько часов удерживал мужчин. Александр не выдержал и выгнал брата, а сыну Марии выдвинул ультиматум.

— Муж достал два ножа, протянул один сыну и сказал: «Давай, как мужики, на ножах биться, пора заканчивать — или ты, или я. Вместе мы жить не будем». Максим отказался и попытался успокоить Сашу, но ничего не помогло. Он схватил Максима и попытался ударить его ножом, сын уворачивался, — рассказывает Мария. — Вообще, я помню все это урывками. В какой-то момент они переместились в коридор, но я за ними не пошла. Я даже не могла смотреть в сторону дерущихся, только умоляла остановиться. Потом из коридора раздались звуки, похожие на удары. Муж лежал в крови, сын вернулся на кухню, положил нож на стол. Сказал: «Ничего не трогай, вызывай полицию».

Приехала полиция и бригада медиков: Александра увезли в морг, Максима — в изолятор. Утром следующего дня Марию вызвали на допрос.

— Отвечала я как-то машинально, не до конца понимала, что говорю. Я не могла много рассказать следователю, потому что толком не видела, что произошло, – рассказывает Мария.

Позже женщину вызвали для дачи дополнительных показаний. Тогда же следователь сообщил ей, что дело ее сына квалифицируется не как «убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны» (статья 108 УК РФ), а как умышленное убийство (статья 105 УК РФ). В протоколе допроса Максима было сказано: «Подсудимый указывал, что удары ножом потерпевшему он нанес умышленно, желая лишить <…> жизни, поскольку в тот момент испытывал злость и неприязнь к потерпевшему, возникшие в ходе конфликта. [Подсудимый] также утверждал, что, несмотря на демонстрацию потерпевшим ножа, он его действия и словесные угрозы всерьез не воспринимал… За нож схватился после того, как потерпевший воткнул клинок ножа в поверхность стола, и, повернувшись к нему спиной, стал удаляться, то есть в тот момент никакой угрозы для [подсудимого] не представлял».

— С приговором я категорически не согласна. Из вопросов следователя, ответов моих и Максима получалось так, будто сын умышленно убил Сашу, хотя он первый напал на сына. Я хотела изменить показания, но следователь не дал мне этого сделать, сказал, что в суде не любят, когда меняют показания, и если я это сделаю, то будет только хуже для сына. Дочь сидела рядом и возмущалась, почему написано так, будто я видела все происходящее. Ей даже удалось убрать несколько фраз из протокола, но это мало на что повлияло».

Семья нашла Максиму адвоката — Сергея Юрьевича. Он пообещал переквалифицировать статью Бориса, сказал, что Максим не будет сидеть в тюрьме. Чтобы оплатить работу адвоката, Мария продала все, что у нее было. А потом Сергей Юрьевич пропал.
11 апреля 2018 года Максима приговорили к 8 годам колонии. В какую именно колонию этапировали сына, Мария не знает до сих пор.

С историей работал Даниил Казбеков