Искусство управления светом

— Ёжик, ёжик, ни головы, ни ножек, — проговорил начальник колонии, хозяин, а его замы молчали. В кабинете мрачнело, потому что хозяин злился, на улице вечерело, а в декабре в этих местах темнеет рано, электричества в штабе не было четвертые сутки

Электричества не было и в клубе, школе, на всей промке. Но по странному для непосвященного человека стечению обстоятельств в столовой свет горел, и все работало.

Не было электричества, а значит, воды (ибо насосы) и канализации (ибо вода) в половине бараков и медсанчасти. Но при этом электричество было в ШИЗО.

Там же, в ШИЗО, третьи сутки сидел Ёжик, арестант по фамилии Ежов. Накануне он приходил на приём к начальнику, сказал нечто, за что на следующий день заехал в ШИЗО. А через час после приёма Ёжика у начальника электричество отключилось.

Теперь Ёжик сидел при свете и ел баланду, которую готовили в столовой. А те, кто его посадил в ШИЗО, сидели в темноте и думали, как избежать надвигавшегося на зону канализационного конца. Зеки в бараках, где не было света, тоже Ёжика вспоминали недобро, о чём он, в силу лёгкости нрава, не думал.

Как-то получилось, что никто о нем ничего не знал, кроме того, что статьи у него были тяжелые и срок большой, под десятку.

Умные люди еще на централе просветили его, что на зоне живут хорошо зеки с настоящими профессиями: столяры, сварщики, музыканты, электрики. А он был электриком — по призванию, с разрядом, — чём радостно сообщил ещё на карантине и был незамедлительно обласкан. Старая большая зона с несколькими уцелевшими производствами, со сляпанными кое-как бараками и с едва дышащей электросетью стала раем для Ёжика. Он был нужен всем. Маленький, юркий и вечно улыбающийся, он носился по зоне несколько лет, не зная отказов и пользуясь мелкими подпольными запретными радостями, на которые начальству приходилось закрывать глаза.

Конкурентов ему не было. И в силу его электрического таланта, и потому, что он убирал их безжалостно. Это подкосило.

Как-то незаметно для всех, но трепетно для Ёжика, у него подошел срок для УДО. Через пару дней после того, как он намекнул об этом курирующему оперу, Ёжик впервые оказался в ШИЗО. Причина проста: он был слишком ценным специалистом. Такие нужны в зоне.

Это в корне меняло дело. С ШИЗО в багаже УДО не светит. Ёжик притих и стал готовиться. Год он был вежлив, пунктуален и аккуратен, набирал поощрения и ждал снятия взыскания.

Дождавшись, он снова поговорил с опером. В этот раз он намекнул, что подготовит себе замену и подаст на УДО, но только сажать в ШИЗО в этот раз его нельзя, потому что зона останется без света. Эти рассуждения оказались слишком сложны для оппонентов, Ёжику снова придумали акт за нарушение режима, но за полчаса до комиссии, где его должны были определить в ШИЗО, случилась авария, и в нескольких бараках отключилось электричество. Ёжика все равно посадили, не сдавать же назад. Собрали всех имевшихся в наличии электриков, но задачу не решили. Пригласили бригаду с воли — ну куда им против опытного зека, не нашли, где беда.

На следующий день оперативный отдел родил план. Ёжика выпустили, обещали больше не сажать, но попросили ремонта. Через полчаса свет горел, а гения определили обратно в ШИЗО.
Гений не простил. За годы он вжился в провода зоны, только он знал, что и где нужно припаять, чтобы работало. И что сделать, чтобы не работало.

Поняв, что сидеть ему теперь до звонка, режим он стал шатать открыто. Спал, когда хотел, дерзил, шатался по зоне и улыбался. Его били — отключался швейный цех накануне сдачи крупного заказа, угрожали — останавливалась пилорама. В ШИЗО сажать тоже пытались — тут Ёжик увеличивал масштабы и отключал бараки оптом.

Противостояние шло. Ёжика подвергали санкциям, но он отточил мастерство симметричных ответов и не прощал.

— Ну чё, думайте, — проговорил хозяин, тьма в кабинете угнетала, — придется запускать.

Запускать — это про недавно возникшую просьбу вконец вставшего с колен арестанта Ежова. Электричество — штука требовательная, электрику много чего надо, и покупал Ёжик это много чего в городском магазине. Схема была отработанной: ему дали контакт проверенного торговца, Ёжик звонил, переводил деньги, собранные с зеков, торговец привозил в колонию.

У торговца оказался чудесный женский голос, и Ёжик не устоял. С голосом они стали разговаривать обо всем, выяснилось, что она разведена, одинока, а спустя пару недель оказалась готова прийти к нему на длительное свидание — то есть на целых трое суток и обсудить вопросы устройства судеб.

Одна загвоздка — нужно разрешение начальника, за которым он и ходил. Получив отказ, он помылся, побрился, приготовил вещички и реализовал очередную диверсию.

Утром следующего после совещания у хозяина дня Ёжика вывели из ШИЗО и привели в барак с комнатами длительных свиданий. По пути он за пятнадцать минут устранил электрический катарсис. Как — никто не понял. Гений.

За возлюбленной съездил курирующий Ёжика опер на личном авто. Она оказалась милой дамой, три дня пекла пирожки, электрик был счастлив и покорен, дама говорила, что тоже, и обещала ждать. Возможно, ждала, тут не проверить.

Со светом в зоне после этого стало получше, это факт. Но УДО Ёжику все равно не светит. Слишком ценный.

Автор: Алексей Федяров
Иллюстрация: Вера Демьянова

Tagged .