Как прокурор Конституцию отменил

Адвокат Мария Серновец решила выяснить, нарушает ли прокуратура основной закон России. Светлана Осипова наблюдала, как российский суд реагирует на уникальное дело

Началась эта история полтора года назад, когда на одном из заседаний в Мосгорсуде адвокат Мария Серновец услышала удивительные слова от прокурора М.А. Рыбака: «С учетом конкретной обстановки и обстоятельств ведения «торговой войны» против Российской Федерации, введения санкций против РФ Евросоюзом и США, в частности, а также слов гаранта Конституции РФ о том, что… о сомнениях, выносимых Европейским судом по правам человека решений, я полагаю оставить без изменения решение суда…» Переведем с прокурорского на русский: нормы международного права на территории России не применяются, потому что идет так называемая «торговая война». То есть и ст. 15 Конституции РФ не может быть принята во внимание судом (часть 4 этой статьи гласит: «Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора»).

А Мария Серновец всего-то просила применить к своему подзащитному нормы российского законодательства и конкретные позиции Европейского суда. Огорчилась адвокат и написала адвокатский запрос генпрокурору Юрию Чайке – является ли сказанное Рыбаком официальной позицией прокуратуры, или он все же совершил дисциплинарный проступок? Прошло полгода, но ответы на свои вопросы Серновец так и не получила. Тогда она обратилась в суд – уж очень хотелось узнать и понять новые нормы права.

Первое заседание по делу прошло 13 октября 2015 года, причем похоже оно было больше не на суд, а на игру в «верю не верю»: «Судья Москаленко подделывала протокол судебного заседания, откровенно вводила меня в заблуждение, говоря, что ответчикам сообщили о суде», – рассказывает Серновец. А когда она потребовала показать соответствующие документы, Мария Сергеевна Москаленко тут же прекратила слушать дело. Через месяц, на следующем заседании, Серновец сразу начала говорить о процессуальных нарушениях, допущенных судьей, и хотела заявить об отводе, но Москаленко вновь неожиданно сообщила, что судебное заседание окончено и откладывается на 18 ноября. Позже Серновец попросила перенести заседание на другую дату, суд удовлетворил ходатайство. А позже выяснилось, что слушания 18 ноября все-таки состоялись, правда, без истицы и с подделанным протоколом. Судья Тверского суда Москаленко вынесла решение, что действия прокуратуры, игнорировавшей запросы адвоката, были обоснованными, и он ничего не нарушил.

Мария Серновец обратилась в Мосгорсуд, чтобы обжаловать незаконно вынесенное решение Тверского суда. Дело было назначено к слушанию только спустя восемь месяцев.

На голубом глазу

Ровно в 11:00 мы сидим напротив зала № 373, Мария Серновец, истица и адвокат в одном лице, смотрит на часы, сверяется с документами: «Зал № 373, одиннадцать часов, все верно. Кстати, на экране написано, что ответчик – Генеральная прокуратура, но я подавала иск к конкретным лицам» (генеральному прокурору Чайке и зам начальника Управления по обеспечению участия прокуроров в кассационной и надзорной стадиях уголовного судопроизводства Шейну).

Заседание начинается на час позже, судья Виктор Лукьянченко говорит так быстро, что понять его очень трудно – все выглядит так, как будто он зачитывает давно надоевшую скороговорку.

Мария Серновец просит разъяснить ей ее права, судья все так же монотонно и невозмутимо спрашивает: «Какие права?» Серновец продолжает что-то говорить, но судья перебивает, и той же скороговоркой «разъясняет права», всем видом показывая, что не считает это действие сколько-нибудь значимым. «На данный момент вам права ясны и понятны?» – со вздохом обращается он к Марии Серновец, на что она возражает – ей не понятно, как она может реализовывать свои права, если ответчиков снова нет в суде, и возможности задать им вопросы нет. «С учетом того, как проходило судопроизводство в суде первой инстанции, я не могу понять, как права, которые вы зачитали, фактически ложатся на практическую сторону моего участия в деле. Потому что даже на экране, извещающем о судебном заседании, было написано, что у меня ответчик Генеральная прокуратура , хотя ответчики, которых я заявила – Чайка и Шейн. Прошу мне разъяснить».

Один из членов судебной коллегии с отсутствующим видом смотрит в стол, судья раздраженно отвечает: «Если вам непонятны процессуальные нормы, вы можете обратиться за помощью к защитнику, который разбирается в вопросах административного законодательства. Иного мы вам разъяснить не можем».

Серновец требует доказательств, что ответчики были уведомлены, судья отвечает, что генеральная прокуратура была извещена, и даже направила возражения в адрес Мосгорсуда. «То есть только генеральная прокуратура? – уточняет истица. – Ответчиков не уведомляли?» «Мы вам говорим обо всех документах, которые нам поступили», – отрезает судья.
Несмотря на то, что Серновец возражает против слушания дела в отсутствие ответчиков, председатель судейской коллегии скороговоркой объявляет, что суд, конечно, совещаясь на месте, решает, что дело может рассматриваться и без ответчиков.

Тогда истица заявляет ряд ходатайств, в том числе просит допросить свидетеля, который уже ждет в коридоре у зала суда. Именно этот свидетель может подтвердить, что были сфальсифицированы документы и протокол заседания 18 ноября (когда Серновец не могла присутствовать в суде). Также Серновец снова ходатайствует о вызове в суд ответчиков. Судья, подперев рукой подбородок, в допросе свидетеля отказывает, как и в просьбе вызвать ответчиков, раздраженно напоминая, что уже принято решение о проведении заседания в их отсутствие.

Лица членов судейской коллегии становятся все угрюмее. «Прошу вынести частное определение в отношение судьи Москаленко, – заявляет еще одно ходатайство Серновец. – Она нарушила не только нормы кодекса административного судопроизводства, но и кодекс судейской этики».

Истица также просит направить запрос в Конституционный суд, апеллируя к тому, что генеральный прокурор игнорировал запросы. Судья отказывает во всем – «недостаточно оснований», говорит быстро и тихо, слушатели наклоняются вперед, чтобы разобрать его скороговорку.

Суду явно не интересно слушать про то, как и чьи права были нарушены, почти все ходатайства истицы Серновец отклонены, один из членов судебной коллегии с отсутствующим видом смотрит в окно.

«Было нарушено право равенства всех перед законом. Я не очень понимаю, почему генпрокурор может позволить себе не приходить в суд. Если судопроизводство в наше время является неким актом, когда человек чего-то хочет добиться, а ему во всем отказывают, то, наверное, тогда можно признать то, что произошло в Тверском суде с участием судьи Москаленко законным, обоснованным и мотивированным игрищем в судопроизводство», – парирует Мария Серновец. Выражения лиц членов судейской коллегии не меняются. Истица в последний раз просит отменить решение Тверского суда – так как заседание было проведено незаконно, а документы сфальсифицированы – «чтобы закон и порядок все-таки были соблюдены». Суд уходит на совещание.

Совещаются долго, слушатели иронизируют: «На обед ушли что ли или правда что-то решают?»

Неправда. «Решение Тверского районного суда города Москвы от 18 ноября 2015 года оставить без изменений», – объявляет председатель судебной коллегии, вернувшись с совещания.

Мария Серновец зал заседания покидает с улыбкой, говорит, что решение ее не удивило: «Я буду обжаловать решение Мосгорсуда в Конституционном суде, и потом буду обращаться в ЕСПЧ, раз меня лишают права на судебную защиту».

Мы попросили прокомментировать эту историю Юрия Костанова, адвоката, бывшего старшего прокурора управления прокуратуры СССР, начальника юстиции Москвы (1990 — 1993). Костанов считает речь прокурора Рыбака возмутительной: «В мое время этот прокурор был бы сразу уволен. Потому что когда прокурор заявляет, что Конституция в стране не действует, равно как и международное право, тогда он уже не прокурор». Костанов обращает внимание на то, что даже верховная власть в России никогда не позволяла себе сказать, что Конституцией можно пренебрегать. «Статья 15 Конституции, которую прокурор Рыбак так низложил, вообще неуничтожима. В Конституции сказано, что этот ее раздел не может быть изменен — для этого как минимум надо проводить референдум. Международное право тоже не такая легкая вотчина для какого-то легкого прокурора. Конечно, им всем давно кажется, что Москва – это не просто столичный город, а самостоятельная страна, и здесь свои законы. Но когда люди во власти так рассуждают, это значит, что они не руководствуются законом, это чистый произвол».

Текст: Светлана Осипова

Tagged , , , , , , .