Ольга Романова: «Ментовская зона в Нижнем Тагиле – невиданный заповедник коррупции и чистейшего идиотизма»

Ольга Романова впервые побывала на ментовской зоне – в колонии, где сидят только бывшие полицейские, сотрудники ФСБ, ФСКН, ФСИН и прочие силовики, которых в нашей стране несколько миллионов

Заместитель прокурора Нижнего Тагила Владимир Иванович Кузнецов ничего не понял и продолжал улыбаться. Он не увидел диктофона на столе – его положила перед ним адвокат Вера Гончарова. Он не увидел мои манипуляции с телефоном. Он так и не спросил у нас документов, и мы просто заставили его записать наши данные и научили оформлять обращения граждан «с приёма». Он явно проделывал всё это впервые. Он совсем-совсем не знал действующих законов РФ.

ИК-13 Тагил 10

На фото: даместитель прокурора Нижнего Тагила Владимир Кузнецов и адвокат Вера Гончарова

Пришлось торжественно зачитывать ему избранные места из Уголовно-исполнительного кодекса, а некоторые особо важные статьи – дважды. Он сверялся по своему экземпляру и шевелил губами. Он открывал для себя новый мир, но он ему не нравился. Он не понимал, что с нами делать.

ИК-13 Тагил 11

На фото: вход в прокуратуру Нижнего Тагила

Владимир Иванович, заместитель прокурора Нижнего Тагила по надзору за учреждениями УИС, не мог взять в толк, отчего мы обращаем его внимание на музыку в его кабинете – звучал «Владимирский централ». Почему мы позорим его за стенгазету в коридоре: она называется «Новое законодательство» и главная новость там датирована 2013 годом. Он не понимал, какой такой особый статус имеет адвокат и почему его переписка с клиентом не может перлюстрироваться и цензурироваться. Он не понимал, что такого в том, что из зоны и в зону не поступает корреспонденция, в том числе судебная. Ну вам-то что, женщины? Вообще, конечно, я бы любого прокурора увольняла бы немедленно за обращение «женщины», равно как и «мужчины». Но тогда пришлось бы всю прокуратуру поголовно гнать – и это еще до коррупции.

ИК-13 Тагил 07

В смысле правового нигилизма в Нижнем Тагиле всё хорошо, поставлено дело на широкую ногу. Где, спрашиваем, прокурор-то? Чего мы с замом Ваньку валяем. «Прокурор в зоне, в ИК-13». Да нет его там, мы только что оттуда. Там вообще никого нет. Ни одного человека. «Зайцев в бане, Данилов уволился, а Непочатого и не было», – сказали нам в приёмной. Звоним в дежурную часть – там телефон сломан. Дозвонились на телефон доверия УФСИН: «Ну и чё?» – спросили нас там. Да ничё, так просто. Просто нет у вас никого в зоне на 2 тысячи посадочных мест, ни одного должностного лица.

ИК-13 Тагил 08

Из этой зоны в суды и в прокуратуру не поступают жалобы, а адвокатские письма вскрываются, прочитываются и не выдаются – вместе с присылаемыми кодексами, пленумами Верховного суда и прочими полезными записками. Это, конечно, не новость – в большинстве зон одна и та же беда. А дело в том, что ИК-13 в Нижнем Тагиле – ментовская. Здесь сидят бывшие сотрудники – прокуратура, суды, полиция, таможня, СК, ФСИН, ФСБ, приставы. Сидит две тысячи юристов в зоне, измываются над ними и их родственниками, как хотят, и никто не пискнет. Права? Какие права? И две тысячи юристов согласны, что нет у них никаких прав. Видимо, что-то они из практики почерпнули.

ИК-13 Тагил 09

На фото: адвокат Вера Гончарова перед воротами ИК-13. Нижний Тагил, декабрь 2015 года

«Русь Сидящая» никогда не ездит по зонам и тюрьмам как «общественность» – мы всегда записываемся на свидания как друзья и родственники, хотя бы для того, чтобы по-честному пройти все круги ада вместе с теми, что приехал к мужьям, отцам, сыновьям. Поэтому мы часто попадаем в переделки, в какие не попадут официозные правозащитнички, пьющие водку с майором в вохровской бане.

ИК-13 Тагил 03

Именно поэтому я, зажмурившись, протянула свой паспорт очень сомнительному шнырю (вернут мне его в зоне через 7 часов и после скандала). Шнырь – из осужденных, из колонии-поселения. Он здесь помогает инспектору с передачами, собирает с родственников паспорта с заявлениями на свидания и уносит их куда-то вдаль (а родственники бывших сотрудников безропотно их отдают), а также «решает вопросы» очень сомнительного характера. Кстати, шнырь увешан телефонной фурнитурой и пользуется гаджетами гордо и открыто.

ИК-13 Тагил 13

Уже в 8 утра в комнате ожидания свиданий народу битком. Громко работает телевизор – федеральные новости. В красном углу парадная стенгазета под стеклом, называется «Посещение ИК-13 директором ФСИН». Заметив мой интерес, на стенгазету кивает парень в ярком канадском пуховике, по типажу – таможенный брокер, приехал навестить коллегу: «А вот того толстого на фотографиях уже посадили». Приглядываюсь – ба, да это ж Сан Саныч Реймер сюда приезжал с официальным дружественным визитом! Теперь его сюда же опять ждут, но по другому поводу. Наверное, он уже знает, как здесь странно.

ИК-13 Тагил 14

Вот в комнате ожиданий – публика очень для зоны необычная, «чистая». Одеты все дорого, кое-кто даже стильно, но в основном богато, много москвичей, и совсем нет обязательных для любой другой зоны цыганок, таджичек, бабушек из сёл. Периодически сюда заходят какие-то люди с портфелями, называют чью-нибудь фамилию, родственник тихо откликается, ему сообщают вполне отчётливо: «По вашему поводу звонили. Пойдемте, пожалуйста, вас ждут». Все остальные воспринимают происходящее с пониманием. Что-то, как мне кажется, здесь коррупцией сильно разит, причём за версту.

ИК-13 Тагил 06

На фото: адвокат Вера Гончарова

Серёже, к которому мы приехали, до «звонка» осталось полгода. Он служил во внутренних войсках, сам по себе боец и молодец, но много лет мы не выходили с ним рядом на тропу войны – страшно было за него. Оставшийся срок и серьезность намерений адвоката дают нам основания думать, что начальнички вреда ему уже не причинят – а если сообразят, так и об УДО похлопочут. Но мы теперь вцепились в тагильские зоны и прокуратуру крепко – давно не видели такого заповедника. Такой стерильный полигон некомпетентности, коррупции и чистейшего идиотизма. Кстати, заинтересованные должностные лица – ежели таковые имеются в природе – могут обратиться к нам за документами.

Tagged , , .