Присяжные вынесли вердикт по делу «приморских партизан»

Присяжные вынесли вердикт по делу «приморских партизан»

4 февраля присяжные заседатели огласили вердикт по делу «приморских партизан». Они посчитали «партизан» виновными во многих преступлениях, которые им инкриминировали, кроме угона машины милиционера Карася из села Ракитного и поджога территориального пункта милиции в селе Варфоломеевка.

Александра Ковтуна признали невиновным в обстреле машины сотрудников ГИБДД ОВД по Яковлевскому району. Также присяжные заседатели посчитали участие Вадима Ковтуна в организованной преступной группировке не доказанным.

Как указали присяжные в вердикте, не доказано и то, что Вадим Ковтун причастен к убийству четырех человек в поселке Кировский. Его участие в данном эпизоде заключалось лишь в том, что он подвез к месту преступления его участников.

Редакция «АВ» следила за судебным процессом по делу «приморских партизан»

Напомним, 11 июня 2010 года прошло задержание парней, которых окрестили «приморскими партизанами». Шестеро парней выступили против милицейского произвола в поселке Кировский, который был направлен против них. На проведение спецоперации по задержанию «приморских партизан» бросили огромное количество техники и многочисленный спецназ. Двое из «партизан» – Андрей Сухорада и Алексей Сладких – погибли на месте задержания в городе Уссурийске. На местном уровне было дано, как я полагаю, негласное указание о расширении банды, задержали еще двоих жителей поселка Кировский – Алексея Никитина и Вадима Ковтуна, которые в розыске не находились.

В редакцию, как и в некоторые другие СМИ, пришло письмо-воззвание о том, что отряд «партизан» выдвигает ультиматум, требуя прекратить беспредел в правоохранительных органах, фабрикацию уголовных дел, пытки в полиции, уверяя, что если условия «воззвания» не будут выполнены, то в Приморье начнется «партизанская война» против силовиков, МВД.

Письмо подписал Роман Муромцев, однако «приморские партизаны» говорят, что никакого Романа Муромцева не знают и никакого отношения к письму-воззванию не имеют. Они объясняют причины случившегося тем, что противостояли милиционерам-наркоторговцам и их людям, которые возделывали коноплю и буквально выживали парней из поселка.

Вообще скандальные события, которые нагнетались вокруг «партизан», трактовались по-разному. В первую очередь Управление МВД РФ по Приморскому краю старалось скрыть истинные причины произошедшего. Поэтому существовало много предположений, версий и слухов. И все эти слухи моментально разносились в некоторых СМИ.

Адвокаты партизан считают, что в ходе судебных заседаний допущено много нарушений

Сторона защиты сказала, что с вынесенным вердиктом она несогласна, так как все обвинение строилось на признательных показаниях подсудимых, доказанность их вины по многим эпизодам отсутствует. В частности, Максим Кириллов в день убийства четверых в поселке Кировском находился на рабочем месте. Об этом говорилось в судебном заседании.

– В деле «партизан» по многим эпизодам отсутствует доказательная база, – говорит Нелли Рассказова, адвокат Алексея Никитина, – в ходе судебных процессов было много нарушений. Мы еще называем это дело «родственным», объясню почему: в ходе предварительного следствия по делу «партизан» принимали участие родственники, что строго запрещено Уголовно-процессуальным законом. В связи с этим был исключен ряд протоколов, составленный на предварительном следствии. Конечно, мы собираемся обжаловать приговор, который будет вынесен на основании допущенных процессуальных нарушений.

В ходе всего судебного следствия говорили о многих странных обстоятельствах в ходе расследования, о нарушении норм закона при проведении следственных мероприятий и допросов по делу «приморских партизан». Несостыковок в показаниях свидетелей и нарушений следствия, похоже, слишком много.

В частности, сторона защиты указывала, что участие родственников в одном деле недопустимо, что подобный прецедент является грубейшим нарушением, влечет отмену приговора. Ни суд, ни сторона обвинения не хотели этого замечать. Адвокаты просили направить дело на дополнительное расследование, но суд почему-то не счел нужным этого делать.

– Если бы до 2000 года следствие отправило в прокуратуру материалы дела в котором, кроме признательных показаний, других доказательств не имеется, – говорила Нелли Анатольевна Рассказова, – то дело вернули бы обратно – на дополнительное расследование. Сейчас подобные дела проходят в суд легко. Попробуй-ка раньше заяви подсудимый, что к нему применяли пытки в ходе следствия… Дело моментально вернули бы на ДС (дополнительное расследование).

Суд перейдет на стадию обсуждения последствий вердикта

Алексей Никитин до последнего момента верил в справедливый вердикт, в то, что его освободят из-под стражи прямо в зале суда.

– Я не виновен, – говорил Алексей Никитин, – потому уверен, что меня освободят.

После вынесенного вердикта Алексей Никитин сказал, что будет оспаривать вердикт, что присяжные заседатели, по его мнению, выполнили «заказ».

Александр Ковтун, которого присяжные заседатели признали организатором банды наряду с Андреем Сухорадой, сказал:

– Мы никогда не были «приморскими партизанами». Мы просто видели беду и хотели помочь людям. Мы никогда не были бандой, и я – не ее организатор.

Следующее судебное заседание состоится 27 февраля. На следующей стадии, которая пройдет без участия присяжных заседателей, будут обсуждаться последствия вердикта. По окончанию этого обсуждения состоятся прения сторон. Стороны могут любые вопросы права.

После вынесения вердикта решали вопрос о содержании под стражей

После вынесения вердикта по делу «приморских партизан» обсудили вопрос о мере пресечения в отношении подсудимых. Срок содержания под стражей не должен превышать три месяца.

– Я думаю, что нужно изменить меру пресечения на подписку о невыезде, – сказал Александр Ковтун.

Владимир Илютиков просил изменить меру пресечения в виде содержания под стражей на домашний арест, сказал, что будет находиться у брата, и обязуется являться на каждое судебное заседание.

– Я знаю случаи, когда присяжные заседатели ошибались, – сказал Александр Смольский, адвокат Романа Савченко, – я считаю, что моему подсудимому можно изменить меру пресечения.

Максим Кириллов просто сказал: «На усмотрение суда», хотя его адвокат Олеся Моисеева настаивала изменить меру пресечения в виде содержания под стражей на любую другую, не связанную с заключением.

Никитин отказался, что-либо говорить на этот счет.

– Я не вижу смысла отвечать, – сказал, как отрезал он.

Адвокат Нелли Анатольевна Рассказова возражала против заключения своего подзащитного Алексея Никитина под стражу:

– Прошу изменить меру пресечения на домашний арест, – сказала Нелли Анатольевна Рассказова, – вердикт далек от того, каким по справедливости должен быть. Алексей Никитин является местным жителем. Заключение под стражу в отношении Никитина происходило при других обстоятельствах, которые отличаются от его нынешнего положения: в тот момент у Алексея Никитина не было ни жены, ни ребенка. Он содержится под стражей более трех лет, что противоречит закону. Государственным обвинителем не представлено никаких доказательств того, что Алексей Никитин может скрыться от судебного следствия.

Вадим Ковтун также сказал:

– На усмотрение суда.

Его адвокат сказала, что следует изменить меру пресечения пребывания под стражей на домашний арест.

– У стороны защиты есть все основания заявить об этом, – сказала Алла Протас, адвокат Вадима Ковтуна. – Личность моего подзащитного исключительно положительная, как видно из материалов дела. Он имеет постоянное место работы. Самый большой срок содержания под стражей – 12 месяцев, а он находится в СИЗО три года. Кроме того, мой подзащитный не признает себя виновным. Согласно вынесенному вердикту, как я считаю, возможно изменить меру пресечения.