Во-первых, приговор должен быть обвинительным

Илья Уткин – бывший мировой судья судебного участка №1 Холмогорского района Архангельской области. Он был судьей три года, уволился из-за разногласий с руководством

Илья Уткин

Больше 15 лет Илья работает адвокатом, сотрудничает с «Русью Сидящей». Он защищает в том числе людей, которых преследуют по политическим мотивам: представлял интересы задержанных на протестных митингах, в том числе и Ольги Лозиной — девушки с самой известной фотографии с митинга 26 марта 2017 года; участвовал в деле Ольги Романовой (активистки «Артподготовки»).

Илья Уткин рассказал о том, как работают судьи, о чем они думают, о чем не думают, и о том, почему вас, скорее всего, не возьмут в судьи, и оправдательного приговора у вас тоже не будет.


Я хочу стать судьей. Что мне для этого нужно сделать?

Получить юридическое образование, потом наработать пятилетний стаж. У меня уже к 25-тилетию был стаж 5 лет. Я со второго курса университета работал. Первое мое место работы — Московский Индустриальный банк. Через год я оттуда ушел и стал замдиректора по правовой работе в местной нефтяной фирме. И потом уже потом стал судьей.

Вот у меня есть образование, теперь мне нужна пятилетняя практика. Где?

Формально нужно 5 лет практики в любой юридической организации. Виды юридических должностей указаны в каком-то специальном списке. Есть специальные должности, которые считаются юридическим стажем. Надо понимать, что есть трудовой стаж, а есть юридический стаж. Например, работа следователем входит в юридический стаж, а работа опером (оперативным работником – прим.ред) — нет. И даже в судах у одних секретарей работа входит в стаж, а у каких-то — нет.

У меня есть пять лет стажа, я беру документы и прихожу в судебный департамент. От чего теперь зависит, буду я работать судьей или нет?

Процедура такая: сдается экзамен, квалификационная коллегия рекомендует вас на вакантное место. После этого ждете указ президента, который можно ждать годами. Указ подписывается президентом, с этого момента можно приступать к работе судьи. Судебный департамент выносит соответствующий приказ. Если мы говорим про мирового судью, то тут все быстрее, потому что здесь мы обходимся без президента. Вас утверждает областное собрание депутатов.

Скорость этого бюрократического движения зависит от того, есть ли у меня связи?

Я рассказал про формальную сторону. На самом деле, все выглядит так. На вакантное место квалифколлегия рекомендует того, кто договорился с председателем суда. Даже если мы говорим про мирового судью, все равно их курирует председатель районного суда. И он решает кадровые вопросы — с кем он будет работать, а с кем он не будет работать.

Договорился — это дал денег?

По-разному бывает. Я вот с севера, у нас, по крайне мере, в мои годы вопросы не решались за деньги. Там другая система: «Ты — мне, я — тебе». Старая, советская. Ну и председатель суда тоже думает: зачем брать того, кто не будет работать, либо будет работать плохо? Сама система не позволяет такого. Потому что если судья косячит, будут всякие проблемы с отчетностью, по голове получать при этом будет председатель суда.

Ольга Лозина

Может ли быть так, что у судьи нет юридического образования, и он занял должность, потому что обладает какими-то связями?

Нет, такого быть не может. И, кстати, насчет кандидатов на должность судьи. Страшную тайну открою. Кроме всех тех формальных нюансов о практике и образовании, есть еще один пункт, неформальный, закрытый, который изложен в закрытом указании Верховного суда. Как вы думаете, что там?

Что-нибудь о том, что этот человек благонадежный.

Откуда это берется?

ФСБ?

Справка из ФСБ о лояльности, о пригодности к этой должности. Это естественно. А еще что? Подсказка. У каждого судьи есть персональное дело, где лежит вся информация об этом судье. Переворачиваем последний лист, на корочке в конце видим конверт, он всегда запечатан, работники судебного департамента не могут прочитать, что там. Открыть его могут только члены квалифколлегии, председатель областного суда, ну или Мосгорсуда. Что в конверте?

Какие-то инциденты, которые подрывают репутацию этого благонадежного человека?

Это все справки ФСБ-шные, это и так есть. Рассказываю. Есть специальная методика. Все судьи и кандидаты в судьи на два дня освобождаются от работы и проходят тесты. Абсолютно все психофизиологические тесты в психоневрологическом диспансере, куча методик, куча программ. От IQ до развития личности и стрессоустойчивости. Полная характеристика личности. Ты фактически голый там. Мне, кстати, психолог, с которым я проходил тесты, сразу сказал, что мне не быть судьей.

Среднестатистический судья. Какие у него цели, чего он боится? Что это за человек, чего он хочет?

Когда человек идет на работу в судьи, когда он молодой, у него есть какие-то амбиции. А когда он поработал в этой системе и вошел в номенклатуру, когда у него есть какая-то карьера, у него резко меняется мировоззрение. Его уже мало интересует понятие справедливости, все сжирают такие понятия как отчетность, материальная заинтересованность. Чтобы сделать карьеру, как я уже говорил, нужно, чтобы отчеты были правильные. В отчетах у судьи всего два критерия — это сроки рассмотрения дел и процент утверждаемости обжалованных решений и приговоров. То есть чем больше вышестоящая инстанция отменила решений и приговоров судьи, тем хуже для судьи. Причем это не обязательно отмена приговора, сюда входит все — фактически любые изменения. Так вот человек, который попадает в эту систему, делает карьеру, начинает думать о том, как бы у него эта карьера получше сложилась и как бы поменьше было всяких проблем. На карьеру влияет классность. Вот у меня 5-ый квалификационный класс, меньший. И вот чем выше у тебя класс, тем больше надбавка к заработной плате. Класс присваивается квалификационной коллегией. Квалификационная коллегия, которая рассматривает персональное дело судьи, которому присваивается очередной класс, проверяет все — отчеты, жалобы в квалифколлегию. Если хорошие отчеты и минимальное количество жалоб или жалобы необоснованные, присваивают класс, и это ступенька для карьерного роста. Могут перевести в областной суд – это хорошее повышение. Я знаю человеческие трагедии, когда человека не брали в областной суд по каким-то своим соображениям. Так вот, если человек хочет занять какое-то место, какая тут справедливость, какие тут понятия, какие человеческие судьбы? Уже нет этого всего.

То есть стремление к справедливости есть только сначала? У некоторых.

Нюанс. Это зависит от того, откуда человек приходит. Если человек пришел из системы — бывший следователь, прокурорский работник — он уже готов к карьерному росту в суде. Это уже для него фактически почетная пенсия. Суд — это лишь одна из составных частей существующей системы. Просто в суд сейчас уже попадают люди, готовые для этой системы. Поэтому адвокатов в судьи не берут. Мы можем испортить отчетность. Я был как раз из молодых, амбициозных, верящих в справедливость. Сейчас мне не стыдно об этом сказать. Но как только я вынес оправдательный приговор, причем я оправдательный приговор вынес не потому, что мне так захотелось, а потому что судебный департамент впервые вновь назначенным судьям раздал методички, где были пропечатано, когда и какие приговоры мы должны выносить, чтобы мы ничего не накосячили. И там был один оправдательный приговор, подходящий под то правонарушение, которое я рассматривал. Я точно так же вынес приговор, оправдал. Апелляция благополучно отменила его, человека осудили. Я потом писал на имя председателя областного суда объяснительную — как так вышло, что я вынес оправдательный приговор. А я не мог сослаться уже на методичку, я бы выглядел идиотом.


Илья Уткин и Ольга Лозина в Тверском суде г.Москвы

От каких факторов зависит решение, которое вынесет судья?

По уголовному или по гражданскому делу?

По уголовному.

Ну, тут все решено и все понятно. Во-первых, приговор должен быть обвинительным. У меня друзья, судьи, которые проработали очень продолжительное время, в приватной беседе говорили: «Представляешь, я даже не знаю, как пишется “оправдательный приговор” я ни разу в жизни не выносил такой».

Это говорят судьи с каким приблизительно стажем работы?

Не меньше 10-ти лет. И это судьи кассационной инстанции. Это судьи областного суда. Судьи, которые сделали карьеру.

Откуда спускается решение по данному конкретному делу?

Ниоткуда. Никогда. За исключением каких-то больших политических процессов — ну, естественно, у меня таких не было в производстве как у судьи. Как у адвоката были, конечно. Решения не спускаются так. Для этого существует система обжалований и система отчетности. То есть вот я судья, я рассматриваю дело, понимаю, что нужно оправдывать. Что я должен сделать? Оправдать? Но я знаю, что тогда прокуратура напишет представление, и вышестоящий суд отменит мой оправдательный приговор. А чтобы обосновать, почему человека нужно здесь осудить и на сколько осудить, мне нужно ломать голову. Но я знаю, что любая сторона по большому делу будет обжаловать мое решение. Что я сделаю? Я схожу в вышестоящую инстанцию, где есть куратор, и поговорю, что мне лучше сделать, услышу совет, и так и сделаю. То есть оно не сверху вниз идет, оно идет снизу вверх. Есть областной суд, у областного суда в подчинении районные суды области. В областном суде сидят кураторы-судьи, которые курируют эти районные суды. Судьи идут и советуются. Они могут и свое решение вынести, но тогда не факт, что в следующий раз посоветоваться пустят, и отношения точно испортятся. И чтобы было неповадно, отменят не только это решение, но и еще три решения этого судьи за год. И премии лишат, и квалкласс он получит не через год, а через три. Это четко отлаженная система. Это такая вертикаль, которая даже в армии не снилась. И, кстати, есть нюанс. Если приговор написан правильно, а в вышестоящем суде считают, что завышена или занижена мера наказания, они не будут отменять приговор только на этом основании.

А на каком основании они могут его отменить?

По неправильному применению норм процессуального и материала права. По самой санкции — нет. Есть такая установка, которая на совещаниях часто озвучивалось: «нет, мы не будем отменять приговор, если там чуть больше, чем надо. Или если там надо было условку (условный срок – прим.ред.), а человек получил реальный срок».

Это уголовные дела. А по административным делам как это работает?

Там все проще. По крайне мере, в мои годы, потому что административка даже не входила в отчетность, нам было наплевать на нее. Сейчас, говорят, эти дела в отчетность включили, но они никак ни на что не влияют.

Зачем тогда сотням задержанных сейчас присуждают штрафы, арестовывают?

Это политика.

А если у меня административное судопроизводство, не политическое, у меня есть шансы на какое-то справедливое разбирательство?

Конечно. Как минимум, есть статья в КоАП, которая малоприменима, но я ее применял. Можно вообще от наказания по административному делу освободить в связи с малозначительностью деяния.

И эти неполитические административные дела судья реально изучает?

Да.

А уголовные изучает?

Изучает. Нужно же приговор написать такой, чтобы его не отменила вышестоящая инстанция. И, в зависимости от того, как работает апелляционная инстанция, кто-то делает маленькие по объему приговоры — чтобы меньше ошибок сделать, а кто-то, наоборот, подробно расписывает.

Заканчивается судебное заседание, суд удаляется в совещательную комнату, якобы выносить приговор. Что судья делает в этой комнате перед тем, как выйти и огласить этот приговор? Печатает его? Чай пьет?

Все, что угодно. У моих друзей в арбитражном суде был такой случай. Совещательной комнаты в том арбитражном суде не было, и люди, пока судья принимает решение, выходят в коридор. В 11 прошло заседание, сидят, ждут, когда судья выйдет и огласит. Обед наступил, идет время, уже смеркается. Потом люди начали уходить, а судья все не выходит и не выходит. И люди такие: «Что ж там такое за дело-то, что так такое решают-то, в чем там суть проблемы?». Открывается дверь кабинета, судья выходит в дубленке, в шапке, видит людей и говорит: «А я все думал, что я забыла сделать». Это реальный случай.

Как судьи ночью спят?

Отлично. От такой загрузки. У меня бывало, что я спал по 3-4 часа. Потому что мало того, что ты рассматриваешь дела, нужно еще когда-то успеть эти отчеты проверить, протоколы подписать, мотивированные решения написать. Я домой ехал, у меня весь багажник автомобиля был забит делами.

Может ли быть так, что судья по уголовному делу выносит абсолютно правосудное решение?

Все без исключения приговоры, которые остались в силе, правосудные. Все, как один. Неправосудное — это отмененное решение. Это в законе так.

Я не об этом. Я говорю об объективно справедливых приговорах. Бывает так, что все инстанции между собой посоветовались и пришли к выводу: этого человека не сажать, он невиновен.

Вот такими категориями вообще никто не мыслит. Если, конечно, кто-то не попросил за этого человека. Судьи рассуждают, как математики: приговор устоит или не устоит.

А как обычно просят?

По принципу «ты — мне, я — тебе». Так было у меня на севере. Тут, может, уже и по-другому. И они не будут просить оправдать, они попросят не сажать, если есть возможность.


Илья Уткин читает лекцию на ШОЗ в Воронеже

Из вашей практики – в процентном соотношении сколько более менее справедливых приговоров вы вынесли?

Я, может быть, неправильный судья и неправильный адвокат. И неправильный юрист. А может быть, я просто юрист, который перемолот системой, но я не мыслю такими категориями.

Есть какие-то отдельные категории дел, в которые судьи вчитываются, особенно внимательно их рассматривают?

Все индивидуально. Я могу рассказать два случая, которые мне в душу запали. Есть дела, которые потрясают. Первое дело. Как-то в местную контору залез парень, вытащил что-то оттуда на крыльцо и сел ждать милицию. Милиция приехала, повязала его, привезли ко мне уже с оформленным делом по уголовке, по краже. И он меня попросил дать ему реальный срок, потому что ему есть нечего. И сказал, что если вы мне сейчас дадите условный срок, я у вас прямо здесь что-нибудь украду и все равно посадите. Вот какое решение тут выносить судье? Мне, в мои 25-26 лет. Светлана, какое вы решение примете?

Ну любые гуманитарные миссии тут будет звучать бессмысленно

Никто не будет этим заниматься. С чего бы я этим стал заниматься. Мне нужно вынести обвинительный приговор — либо такой, либо такой. Другого от меня никто вообще не требует.

Ну, срок тогда, раз ему нечего есть?

Чему там научат, в тюрьме? Воровать? Не работать же научат.

Если вы не вынесете, будет какой-то другой судья, который вынесет. Раз этот парень так хочет сесть.

Ну я вот срок дал. Но минимальный. Компромисс с совестью. Второй случай. Женщине вменялось оставление в опасности. Мамаша годовалого ребенка в мороз на Крайнем Севере оставила в неотапливаемой квартире и ушла бухать. Соседи выломали дверь, ребенка спасли. Причем я, когда шел в зал, услышал, что адвокаты говорят этой мамаше: «Тут все нормально будет, вы ранее не судима, по такой статье реальные сроки не дают». А я был зол. Само дело для меня было психологически тяжелым: у меня только дочка родилась, а тут такое. И я приговорил подсудимую к реальному сроку. Не знаю, что больше повлияло — само деяние или то, что адвокаты ей говорили.

Вы сказали «компромисс с совестью». У судей есть такое понятие как компромисс с совестью?

Да откуда это все? Даже компромиссов с отчетностью не бывает. Отчетность превыше всего.

То есть никакой рефлексии нет?

Нет. Ну, я тут за себя говорю. У меня никогда не было ничего.

То есть вы выходили из зала суда и не думали, что, может быть, не надо было ему такой срок давать…

Знаете, о чем я думал? Я думал: «Блин. Сколько мне это все еще писать». Вот эта единственная мысль, которая все три года внутри меня сидела. Описывать эти решения. Знаете, какие дела бывают в Холмогорах? Два соседних участка, между ними забор. Забор от старости упал. Я год рассматривал, в какую сторону поднимать забор. Мои три года в судействе были настолько насыщенными, что я как никто понимаю фразу «Кто в армии служил, тот в цирке не смеется». Столько видел. Расследовали дело о вандализме. Подростки на кладбище играли и несколько могил побили. Ну и следователь в качестве вещдока догадался сломанный крест приобщить к материалам дела. Выезд был ночью, все процессуальные действия провели, и следователь уехал отсыпаться. А опера ему принесли этот крест, прислонили к двери и написали: «Следователю такому-то». Утром люди приходят, видят крест. Они скинулись и оплакивали следака. Всех интересовали только подробности – то ли сам, то ли его.

Удостоверение судьи Ильи Уткина

О чем думает судья во время судебного заседания?

От дела зависит. Иногда реально слушаешь, а иногда все стороны, включая судью, занимаются имитацией бурной деятельности. И всем все понятно. Даже подсудимому.

Опишите идеальный день судьи.

Утром прискакиваю. Секретари уже на месте, потому что им много всего писать – за меня в том числе, я на них внаглую перевалил очень большой объем работы. С 9 до 10 кучу документов просматриваю, готовлюсь к первому судебному заседанию. Первое судебное заседание у меня, как всегда, самое сложное. И понеслось. И эта свистопляска.

Нет. Идеальный день.

А они все одинаковые. Это звонки из судебного департамента, районного или областного суда, это рассмотрение дел. Ну, это кавардак.

И во сколько вы уходите с работы?

Когда как. Я старался уехать пораньше, но я брал домой работу. Мировой суд – это самая жуткая категория судов, потому что там и уголовка, и гражданка. Я, чтобы расслабиться, на несколько дней в месяц назначал только заседания по расторжению браков. Вроде по расписанию дел много, а по факту делать не много.

Какой у судей нелюбимый тип адвокатов?

Меня всегда раздражали «кивалы», которые говорят, что все «на усмотрение суда».

Как судьи относятся к грамотным адвокатов?

Нормально. Как правило, судьи показывают, кто здесь царь горы, если такой адвокат приезжает. Я одному адвокату, который приехал из Архангельска, сразу за неуважение к суду штраф влепил. Потом, когда сам стал адвокатом, мы с ним подружились.

Можете привести в пример решение судьи, которое вас поразило, которое вам запомнилось? Любое.

Нет.

Почему?

Потому что я знаю судейскую кухню и уже давно ничему не удивляюсь.

Почему отменили решение по Дмитриеву?

Статистика.

Хотели бы когда-нибудь вернуться работать в суд?

Точно нет. Я не просто не хочу работать в суде, я не хочу работать с этой судебной системой в принципе. Потому что у меня нет удовлетворения от этой работы уже давно. Что нужно, чтобы изменить в нашей стране судебную систему, я не знаю. Причем если даже суд в нашей стране будет идеальным, я тоже не хочу туда возвращаться.

Почему?

В 25 судьей становиться легко. Нет жизненного опыта, и ты думаешь, что ты готов. А сейчас мне 42, и я не готов стать судьей. Ну и из-за моего опыта работы все может скатиться туда, откуда мы так хотим уйти – руки-то помнят.

Светлана Осипова

Tagged .