Рыба без головы

Мы перефразировали название одноименного романа Майн Рида не просто так. В жизни тоже бывают сказки, только не совсем такие, какими их видишь в детстве. Это история о реальной рыбе без головы, которая оказалась золотой для ИК-26 и УФСИН по Волгоградской области. И это не детская сказка, а, скорее, взрослая коррупционная повесть

Недавно «Русь Сидящая» уже рассказывала о предположительной схеме отмывания денег в одной из колоний Новосибирска, начальник которой чрезвычайно увлекается земледелием — и зимой, и летом. Теперь эксперты «Руси Сидящей» обратили внимание на деятельность УФСИН и ИК-26 по Волгоградской области, их контракты и закупки.

Чтобы посмотреть, что покупает или продает, например, исправительная колония строгого режима №26, достаточно зайти на сайт госзакупок и вбить в строку поиска наименование учреждения — ФКУ ИК-26 по Волгоградской области.

19 октября 2016 года колония заключила контракт c сельскохозяйственным производственным кооперативом (СХП) «Ергенинским» — купила у него 130 тонн живой рыбы за 8 млн. 899 тыс. 800 руб. – деньги на рыбу взяты из госбюджета.

Что не так?

ИК-26 – колония строгого режима, максимальное количество заключенных, которое может в ней содержаться, – 1225 человек. Логично, что начальнику колонии, полковнику внутренней службы Андрею Штангруду, надо кормить заключенных, поэтому он покупает огромное количество рыбы.

Проблема в том, что колония закупает 130 тонн живой рыбы, которую надо кому-то перерабатывать и где-то хранить. За последние несколько лет ИК-26 впервые купила рыбу, которую надо обрабатывать самостоятельно. На официальном сайте исправительного учреждения написано, что колония «осуществляет деятельность по производству и реализации текстильных и обувных изделий, по заготовке и переработке древесины, пиломатериалов, деревянных строительных конструкций, столярных изделий, мяса и мясопродуктов, хлебобулочных и макаронных изделий, металлических изделий и строительных металлических конструкций». Про хранение и обработку рыбы не сказано ни слова. Хотя здесь, конечно, в защиту колонии допустимо сказать, что рыбу можно хранить и в рефрижераторах для мяса.

Но в истории с рыбой есть более важный и более компрометирующий пункт.

Судя по заключенным контрактам, 100 тонн этой самой рыбы у колонии перекупило УФСИН – тоже за деньги, выделенные из госбюджета — но уже не за 8 млн., а за 10 млн.. Дороже и меньше по объему, потому что рыба уже потрошеная и без головы – мол, колония переработала и теперь свою продукцию продала. Необязательно иметь диплом экономиста, чтобы сложить 8 млн. и 10 млн., выделенные из госбюджета колонии и УФСИН соответственно на одну и ту же, по сути, рыбу, и получить 18 млн. рублей. Итого ФСИН не поскупилась и переплатила за рыбу примерно в два раза. Отметим также, что контракт между ИК-26 и УФСИН на поставку рыбы в УФСИН был заключен за четыре месяца до того, как колония купила живую рыбу.

И эти сроки могли бы быть вполне объяснимы, если учитывать, что лов рыбы обычно происходит в сезон путины – времени, когда она начинает мигрировать. Но колония купила карпа, толстолобика и белого амура — а такую рыбу выращивают в пруду искусственно, и она, соответственно, не мигрирует.


Схема купли-продажи рыбы (согласно официальным документам)

Тут сразу возникает много вопросов. Почему УФСИН, раз ему нужен был такой большой объем рыбы, заключает контракт с колонией, которая вообще-то на обработке рыбы не специализируется, а не напрямую с производителем? Почему колония покупает живую рыбу, а не замороженную? Почему государство выделяет деньги на одну и ту же рыбу два раза, хотя можно было купить один раз и сразу готовую к употреблению?

— По факту, я думаю, было так. Колония закупила у компании-поставщика (СХП «Ергенинский» — прим.ред.) за 8 млн. 100 тонн уже замороженной потрошеной рыбы – то есть тот объем, который она перепродала потом УФСИН, — а оформили все так, как будто закупила все 130 тонн живой, потом колония рыбу типа переработала и продала уже за 10 млн. УФСИН. Это целая схема, — объясняет эксперт «Руси Сидящей» Алексей Федяров. – Колония же не может сказать, что она купила рыбу и сразу ее перепродала – потому что это получается уже двойная госзакупка, что запрещено законом. То есть очень вероятно, что рыба в колонию заезжала только по документам, а на самом деле, сразу объемом в 100 тонн уехала в УФСИН. В итоге колония заработала себе в чистом виде минимум 8 миллионов. И эти деньги потом попиливаются, распределяются по каким-нибудь контрактам, отследить выполнение которых почти невозможно: например, колючая проволока, всякие камеры наблюдения и тому подобное. Ремонт бараков туда же. Официально колония их ремонтирует, а неофициально это делают зеки. В сделке с рыбой есть лишнее звено – колония, якобы, перерабатывающая рыбу. А ведь УФСИН просто должно было купить рыбу. Я понимаю, если бы колония нашла бы рыбу за выделенные бюджетом для УФСИН деньги, а так она же попросила дополнительно сумму.
Конечно, документального подтверждения этой гипотезы, товарно-транспортных накладных и прочих документов за пределами УФСИН нет и быть не может. Но в данной ситуации ФСИН, очевидно, за рыбу переплатила, а все оформилось как двойная закупка. Это как минимум нецелевое расходование бюджетных средств (ст. 285.1 УК РФ).

Кстати, если набрать в поиске что-то вроде «свежемороженая рыба в Волгограде», можно увидеть, что средний ценник за 1 кг рыбы – 50 рублей (колония продавала за 100 рублей). Умножаем на требовавшиеся УФСИН 100 тонн и получаем 5 млн. вместо 10 и, тем более, 18 млн.

И не только рыба

Справедливости ради отметим, что ИК-26 не только покупало рыбу, но и активно занимается земледелием. Для этого она в мае 2017 года арендовала земельный участок, чтобы выращивать овощи, и заплатила за него 734 тыс. 265 руб. Интересно, что изначально стоимость участка должна была быть больше 2 млн., а в конкурсе участвовали две организации, готовые предоставить землю колонии, но один из участников, ООО «Новожизненское», снизил стоимость своей земли в три раза и выиграл контракт.

ИК-26 впоследствии заключила с сельхозпроизводителем 9 контрактов более чем на 22 млн.: приобретение семенного картофеля (№ 115 от 21.04.2017), полив овощных культур (№ 227 от 03.07.2017), покупка удобрений и ядохимикатов (№ 198 от 20.06.2017), аренда техники и рабочих (№ 180 от 09.06.2017) и т.д.

Этими контрактами, вероятно, и была компенсирована относительно дешевая аренда земли.

Если посчитать, сколько колония потратила на производство, можно увидеть, что дешевле было просто закупить картофель. Есть вероятность, что здесь также существует схема двойных закупок.

— Есть несколько договоров: обработка почвы, закупка гербицидов, пестицидов, закупка удобрений. Потом они заключают контракт на уборку. А потом вот эта продукция, которая таки приходит сюда по пяти договорам, раскидывается по другим колониям – и опять не бесплатно. То есть другие колонии покупают картофель у ИК-26 на деньги, выделенные из госбюджета. Затраты на картофель в итоге превышают оптимальные в три-четыре раза.


На фото: начальник ИК-26 Андрей Штангруд (справа)

По информации экс-сотрудника ФСБ Антона Маркова (имя изменено), в действительности овощи на предоставленной земле не выращиваются, а закупаются для колонии постфактум на оставшиеся от контрактов, на обналиченные деньги.

— После заключения сделки с колонией владелец СХП обналичивает эти денежные средства, часть передает чиновникам ФСИН. За оставшиеся деньги после окончания сезона сбора урожая предприниматель передает колонии продукцию, якобы, произведенную на полях, которые она арендует, — уточняет Марков.

И не только колония

Активную хозяйственную деятельность ведет не только начальник колонии №26, но и сам руководитель УФСИН России по Волгоградской области генерал-лейтенанта внутренней службы Павел Радченко. Он закупал творог для колоний Волгоградской области в Крыму – три контракта на сумму 3 млн. 662 тыс. 835 руб. с крымской компанией ООО «ОКСОЛ».

Конечно, покупать творог в Крыму не запрещено, но для большого учреждения, которое находится в Волгоградской области, более чем в 1000 км от Крыма, заказывать там большой объем скоропортящегося продукта – не самое рациональное решение. Важно учитывать, что закупка творога в Крыму обходится бюджету в разы дороже, чем тот же творог в Волгоградской или соседних областях – потому что хранение и транспортировка резко увеличивают стоимость продукции.

По договору УФСИН платит 90 рублей за 1 кг творога, в то время как даже в Московской области средняя цена – 70-80 рублей. Разница в 10 рублей при том, что УФСИН покупает почти 20 тонн творога, имеет значение.

У той же крымской компании ООО «ОКСОЛ» УФСИН по Волгоградской области в течение трех последних лет покупало манную крупу, рис, картофель, муку – всего 10 контрактов более чем на 14 млн. руб..


На фото: начальник УФСИН по Волгоградской области, генерал-лейтенант внутренней службы Павел Радченко

Почему компания, которая находится в другом регионе, выигрывает тендер на поставку продукции и зачем УФСИН так сильно переплачивать за транспортировку? Творог, мука, крупы в избытке есть и в Волгоградской области.

— В вопросе и есть ответ. Плюс вообще непонятно, есть это ООО «ОКСОЛ» в Крыму или нет, и поставляла ли она вообще что-то или нет. Вполне вероятно, что творог, на самом деле, поставляется откуда-то из Волгоградской области, а по документам проводится так, как будто он приехал из Крыма — чтобы накрутить денег. Соответственно, реальная цена творога в разы ниже, чем по документам. А чтобы обналичить деньги было проще, они выводятся в далекий регион – в Крым. И там же, видимо, есть какая-то подконтрольная налоговая, которая закроет компанию, которой перечислили денежные средства на исполнение определенных услуг. Итого компания закрыта, деньги обналичены и поделены, — объясняет Алексей Федяров.

Эта версия кажется более чем реальной. Владелец ООО «ОКСОЛ», находящейся в Крыму, Николай Коваль – волгоградский коммерсант. А ООО «ОКСОЛ», кстати, включена в список недобросовестных налогоплательщиков.

В общем-то, надзорным органам очень легко проверить, откуда и куда поставлялся творог и в каком объеме: надо посмотреть товарно-транспортные накладные, документы подтверждающие перевозку или квитанции. У нас доступа к ним нет.

***

Логично задать вопрос. А кто должен следить за тем, чтобы колонии тратили бюджетные деньги рационально и не платили за одну и ту же продукцию дважды? Ответ, как ни странно, достаточно определенный.

Эту функцию в некоторых регионах с недавнего времени выполняют сразу две структуры. Во-первых, собственно УФСИН – которое, как мы видим, само привозит молочные продукты и крупы из Крыма, а не из ближайшей области. Во-вторых, не так давно в Волгоградской области (как и в некоторых других) в системе УФСИН появилось новое подразделение – ФКУ «База материально-технического и военного снабжения», сокращенно БМТ. Официально это учреждение должно следить за тем, чтобы все подведомственные колонии были обеспечены необходимыми продуктами, материалами, техникой, контролировать рациональное использование ресурсов.

Если зайти на официальный сайт УФСИН России по любой области, в числе прочих можно вычитать там следующие функции:

  •  Организует и координирует работу по эксплуатации зданий, сооружений, систем инженерного обеспечения учреждений УИС.
  • Осуществляет виды деятельности, направленные на самообеспечение учреждений, исполняющих наказания, следственных изоляторов и других подразделений УИС продуктами питания, выращивание животных и птицы, промышленный вылов и разведение рыбы, заготовку и переработку лесной, речной и сельскохозяйственной продукции.

и т.д..

То есть УФСИН и ФКУ БМТ – по сути, дублеры. При этом необходимость создания отделения БМТ не совсем понятна, потому что функции УФСИН и БМТ выполняют одни и те же.

Тут мы плавно подходим к тому, что деньги можно делить не только между предпринимателями и ФСИН. Деньги делятся и внутри ФСИН. В государственных структурах, как правило, нет и по закону не может быть внутреннего рынка. ФСИН, как и во многих других случаях, похоже, является исключением.

— Есть Управление (УФСИН – прим. ред.), у которого есть штат, функции. Если вы не справляетесь с объемом работ, то можно просто расширить штат. Но нет, они создают целое отдельное подразделение – БМТ. И дальше начинают делить потоки, создавая тем самым внутренний рынок внутри системы ФСИН. Вот колония заключает контракт с поставщиком – покупает на деньги, выделенные из госбюджета, например, картофель. Потом платит этому поставщику еще за аренду земли – самой колонии выращивать негде – потом еще за удобрение, полив, сбор. А потом готовый картофель колония продает БМТ. БМТ платит колонии за картофель деньгами, которые были также взяты из госбюджета, — поясняет экс-сотрудник ФСБ.
А иногда у колонии продукцию покупает не БМТ, а УФСИН. И управление, и БМТ, купив у колонии продукцию, распределяют ее по исправительным учреждениям.

Так, все та же ФКУ ИК-26 продала БМТ и УФСИН 1550 тонн картофеля за 20 млн. 150 тыс. рублей. Картофель потом был перераспределен по 21 исправительному учреждению. При этом средняя цена на 1 кг картофеля — от 6 до 10 рублей. Колония платит 13 рублей — и это не считая денег, потраченных на производство.

Дублер УФСИН – БМТ – есть во многих областях России. Зачем База УФСИН? Когда имеют место серые схемы вывода денежных средств, усложнение структуры перехода денег – один из основных способов замаскировать недобросовестную сделку. Чем больше контрагентов, дублеров, тем проще скрыть схему.
Руководят такой Базой сотрудники ФСИН, занимающие невысокий пост – в Волгоградской области, например, майор внутренней службы Игорь Лебединский. Когда даже начальники колоний имеют звание как минимум полковника или подполковника, положение начальника БМТ довольно невыгодное. Поэтому, скорее всего, если такая схема и будет раскрыта, то под ударом окажутся именно сотрудники БМТ, а не основного Управления.

В общем, все, что мы описали выше, называется внутренний рынок ФСИН, которого быть не должно. Это рыба без головы, потому что ей никто не управляет, она управляет собой сама. Деньги из госбюджета тоже берет сама.

Даже в тендерах на госзакупку у учреждений ФСИН, как правило, один участник, а иногда и один и тот же на десятки тендеров. Производители со стороны не подают заявки на участие в тендерах от ФСИН, потому что технические задания, прописанные в заявке, практически невыполнимы и отсекают всех «ненужных» конкурентов на участие в конкурсе.

Так, продукция, поставляемая во ФСИН, обходится бюджету в разы дороже ее средней стоимости. И это уже не далекий дворец Медведева для уточек и не яхта Сечина. Это еда, на которой зарабатывают полковники ФСИН себе на безбедную жизнь, попутно недокармливая заключенных.

Текст: Светлана Осипова

Tagged , , , , , .